Дело было на "русской" Украине – в Крыму. В то лето, второе после армии, я работал музруком в пионерском лагере недалеко от прославившегося впоследствии Фороса. И вот как-то прознал я, что в Ялте состоится всесоюзный конкурс молодых исполнителей, и поехал туда.

Каким образом мне удалось пробраться без билета за кулисы, я уж не знаю, но, видимо, в те годы ещё не было строгих секьюрити, и сделать это было несложно. Меня интересовали высокие женские голоса. Участники выступали под эстрадно-симфонический оркестр. Помню, мне понравилась одна прибалтийка и украинка. Как звали прибалтийку, я сейчас уже не вспомню (пока не подсмотрю в программке, которая у меня сохранилась, но лень сейчас за ней лезть. Будет время, найду, сосканирую и выложу), а вот имя украинской певицы я с радостным удивлением услышал в прошлом году из радиоприемника, когда отдыхал в Алуште. Тогда же Таисия Повалий, к которой я зашёл после её выступления в гримёрку, попросила меня об отсрочке нашей встречи, т.к. рыдала, бедняжка, горько и безудержно из-за того, что спела, как ей показалось плохо. Если бы знали слушатели, какими трудами, какими слезами сопровождается путь звезды, такой ослепительной на сцене, если бы они знали, как тяжело даётся успех. Незадолго до этого я видел «Музыкальный ринг» с Виктором Резниковым, и поэтому, когда за кулисами увидел идущего прямо на меня высокого молодого кучерявого человека, очень на него похожего, я обрадовался и, практически в полной уверенности, чтобы как-то завести разговор,  остановил его вопросом «Вы Виктор Резников из Ленинграда?». «Нет, вы ошиблись» – ответил мне он.

Никак не мог я тогда предполагать, что для того, чтобы встретиться с Виктором Резниковым, совсем не надо так далеко уезжать. Никак не мог предполагать, что минимум два раза в день прохожу под его окнами (имеется в виду Ленинград). Много позже, но ещё при его жизни, я узнал, что Резников живёт в соседнем со мной доме. Когда один мой знакомый композитор, Саша (Шурик, ау, где ты сейчас?) захотел передать Резникову кассету, я сказал ему номер квартиры, и Сашка сбегал к нему и отдал кассету. Но сам я тогда уже утратил интерес к знакомству с ним... (материал о Благотворительном фонде В.Резникова, организованный его вдовой – здесь).

Молодой артист, которого я тормознул в коридоре, не обманул меня. Его имя я узнал, когда объявили его выход – Филипп Киркоров (мир тесен, да?). Не помню, чтобы выступление произвело на меня впечатление  (и места никакого он тогда не получил), мне больше понравился Андрей Мисин (если моя память меня не подводит). С Таисией Повалий мне больше пересечься не удалось, а вот у прибалтийки (не Ирена ли Старошайте её звали?) адресок я взял. Потом мы то ли созванивались, то ли списывались, помню, я передавал ей свою кассету оказией. Но потом случился путч, вся Прибалтика быстро отделилась, и следы Ирены потерялись. Поёт ли она сейчас, вот было бы интересно узнать. Народ, если кто чего знает про неё, напишите мне!

После конкурса я умудрился опоздать на последний троллейбус в сторону Севастополя. Может, из-за того, что узнавал, в какой гостинице остановилась Лариса Долина – на набережной висели афиши проходивших тогда её концертов. То, что Долина умеет брать высокие ноты, знают все. И решил я одним выстрелом (одной поездкой) двух зайцев убить. Узнать – узнал, но пришлось остаться на ночь в Ялте. Денег у меня с собой было не много, на гостиницу не хватало, поэтому я довольно долго гулял (говорят, сейчас ялтинскую набережную не узнать), а под утро устроился в чьём-то палисадничке, свернувшись на лавочке калачиком. Помню, ночь была тёплая, и я даже уснул (эх, молодость-молодость!..).

Утром я направился в гостиницу, в которой остановилась Долина. В гостинице тоже не было нынешних секьюрити, и я без проблем узнал, в каком она номере. Поднялся на этаж. Поскольку за дверью признаков жизни не подавали, я решил не стучать – вдруг человек ещё почивает. Утро было, конечно, ранее, но не семь утра, точно – думаю, скоро должно было наступить девять. Раньше, чем ожил номер Долиной, ожил номер напротив. В человеке, выходившем в коридор, я признал того молодого певца, которого накануне перепутал с Резниковым.

Я не считаю себя вправе сообщать всему миру все свои впечатления, которые получил находясь ранним утром часа полтора в коридоре между номерами Долиной и Киркорова, и не намерен рассказывать обо всём, чему стал свидетелем, но, думаю, Филипп Бедросович не обидится на меня, если я не сдержусь и об одном поразившем меня впечатлении? явлении? событии? всё же расскажу.

© Р.Белов, 2003
Перепечатка возможна только с письменного разрешения автора

Начало    Окончание